Коллектив Иштар являлся организацией, основанной во время Золотого Века и посвятившей себя научным исследованиям. Коллектив построил Академию Иштар, известный научный центр, на Венере и активно изучал руины Векс на планете. Компания соперничала в разработках с фирмой Кловис Брей. Помимо древних руин Векс учёные изучали живые образцы Векс. Во время одного такого эксперимента Векс смог симулировать поведение и модели учёных, чем вызвал у них немалое беспокойство. С помощью Военного ИИ им удалось изолировать от разума Векс по 227 копий самих себя и запустить их в Цитадель Векс для изучения их сети. Вот как это было.

Фрагмент Призрака: Векс

Из записей Коллектива Иштар.

ЭСИ: Майа, помоги мне. Не могу разобраться.

СУНДАРЕШ: Что такое, Чиома? Садись, рассказывай.

ЭСИ: Я выяснила, что происходит внутри объекта.

СУНДАРЕШ: Двенадцатого? Рабочая единица Векс? Невероятно! Ты же знаешь, что это означает… Так, постой. Это не очень хорошие новости, иначе ты бы находилась с моей стороны стола. Также это не что-то срочное, иначе бы ты уже эвакуировала весь комплекс. Что означает…

ЭСИ: Я установила рабочий интерфейс с внутренней средой объекта. Я могу видеть, что оно думает.

СУНДАРЕШ: Метафорически, конечно. Познавательные архитектуры настолько…

ЭСИ: Нет. Мне не нужны никакие эпистемологические приёмы.

СУНДАРЕШ: Ты говоришь мне, что оно человек? Человеческое видение мира? Человеческая квалия?

ЭСИ: Я говорю тебе, что оно полно людей. Оно думает о нас.

СУНДАРЕШ: О нас..? Нет…

ЭСИ: Оно симулирует нас. Очень натурально. Искусно. Оно проигрывает невероятно точную модель исследовательской команды Коллектива, которая изучает захваченный юнит Векс.

СУНДАРЕШ: … Насколько глубокая симуляция?

ЭСИ: Прямо сейчас симулятивная модель Майи Сундареш встречается с моделью Чиомы Эси, чтобы обсудить неожиданную проблему.

[невнятные звуки]

СУНДАРЕШ: Расхождения отсутствуют? Невозможно. У него не достаточно информации.

ЭСИ: Оно предполагает. Оно работает с тем, что видит, и делает заключения об остальном. Я знаю, что это маловероятно. Очевидно, что оно имеет возможности, которых нет у нас. Возможно, было взломано наше общее виртуальное рабочее пространство… получить данные из нервных цепей…

СУНДАРЕШ: У симуляций есть внутренний мир? Субъективность?

ЭСИ: Пока я не могу сказать этого, нужно изучить внимательнее. Но они действуют, как мы.

СУНДАРЕШ: Мы внутри него. По всем резонным философским стандартам мы внутри этого Векс.

ЭСИ: Если брать грубый подход к развилкам причинно-следственных цепочек, то «да». Они это мы.

СУНДАРЕШ: Собирай команду.

ЭСИ: Другая ты сделала то же самое.

Фрагмент Призрака: Векс 2

СУНДАРЕШ: Такова проблема, какой мы её видим.

ЭСИ: В пределах моего понимания.

ШИМ: Так, да будь я [цензура]. Это полный [цензура]. Эта штука нас нагнула, мы беспомощны.

СУНДАРЕШ: Да, мы в затруднительной позиции.

ДУЭЙН-МАКНИАД: Не понимаю. Оно симулирует нас? Оно сделало наши виртуальные копии? Как это даёт ему власть?

ЭСИ: Оно контролирует симуляцию. Оно может ранить смоделированных нас. Мы не почувствуем эту боль, но, рационально говоря, мы должны относиться к страданиям наших идентичных копий, как к нашим страданиям.

СУНДАРЕШ: Оно там Бог. Оно может симулировать наши мучения. Вечно. Если мы его не отпустим, оно проведет нас через ад.

ДУЭЙН-МАКНИАД: У нас нет никаких связей с ментальным состоянием этих симов. Они не мы. Просто копии. Мы ничем им не обязаны.

ЭСИ: Ты не можешь всерьез… твоё СОБСТВЕННОЕ Я…

ШИМ: [цензура] дебил. Думай. Думай. Если оно может выполнять одну симуляцию, возможно, оно может выполнять больше одной. Но реальность существует лишь одна. Прикинь расклад.

ДУЭЙН-МАКНИАД: Ох… ой-ёй…

ШИМ: Может выйти, что мы уже не оригинальные копии себя. Может выйти, что мы существуем в одной из симуляций Векс прямо сейчас.

ЭСИ: Об этом я не думала.

СУНДАРЕШ: [неразличимый звук удара]

Фрагмент Призрака: Векс 3

СУНДАРЕШ: У меня есть план.

ЭСИ: Если у тебя есть план, значит, и у твоего сима он есть, и Векс знает об этом.

ДУЭЙН-МАКНИАД: Какая разница? Если мы и так сейчас в аду Векс, мы ничего не сможем…

ШИМ: Перестаньте говорить «реальный» или «нереальный». Все реальности — это программы, исполняющие законы. Важна только субъективность.

СУНДАРЕШ: Надо действовать, как будто мы находимся в реальной вселенной, а не той, которую симулирует объект. Иначе проще просто сдаться.

ЭСИ: Твоя симуляция говорит точно так же.

СУНДАРЕШ: Чиома, солнце, тссс. Это не помогает.

ДУЭЙН-МАКНИАД: Может быть, симуляции — всего лишь красивый рекламный щит! Может, у них нет своего внутреннего мира! Оно блефует!

ШИМ: Я бы хотел увидеть симуляцию того, как ты затыкаешься.

СУНДАРЕШ: Если мы симуляция, мы существуем в куске вселенной, которую субъект Векс смог создать с помощью бортовой вычислительной мощи. Если мы реальны, мы должны выбраться из этого пузыря.

ЭСИ: … позовем на помощь.

СУНДАРЕШ: Правильно. Нам нужен кто-то умнее объекта. Кто-то слишком сложный для симуляции и предсказания. Военный ИИ.

ШИМ: В реальном мире Военные ИИ ведут себя таким образом, что Векс не смогут их симулировать. Он слишком умён. Военный ИИ должен быть способен проникнуть в Векс и спасти… нас.

ДУЭЙН-МАКНИАД: Если мы попытаемся, не будет ли Векс пытать нас бесконечно? Или просто сотрет нас?

СУНДАРЕШ: Он может просто стереть нас, однако, для меня это предпочтительнее, чем… альтернативы.

ЭСИ: Согласна.

ШИМ: Как только мы начнем, Векс может… отреагировать. Давайте насладимся этим последним моментом стабильности.

СУНДАРЕШ: [невнятные звуки]

ШИМ: Вы двое просто прелесть.

ДУЭЙН-МАКНИАД: Эх, надо было устраиваться в Кловис.

Фрагмент Призрака: Векс 4

Майа, Чиома, Дуэйн-МакНиад и Шим решили устроить пикник перед тем, как отправить себя в бесконечность.

Здесь, наверху, им приходится действовать через биомеханические ретрансляторы. Ни один человек из Академии Иштар никогда не пересекал защитный кордон и не ходил к древней Цитадели, конструкции Векс, которая торчала из планеты и пронзала пространство и время. Это небезопасно. Клеточные элементы Векс заразны, галлюциногенны и энтеогенны. Информационные элементы Векс ещё опасней, но… за ними может быть ещё и семиотическая угроза, агрессивные идеи, сущность Векс без подложки. Даже сейчас, управляя удаленными телами по нейролинку, их мысли проходят через Военный ИИ, что спас их, сохранил и очистил от заражения. Их настоящие тела находятся в Академии, защищенные расстоянием и нейронным фаерволом.

Они идут вместе в связке, подавленные и напуганные. Зелено-голубой свет, цвета старинного моря, омывает их. Каждое из их исследовательских тел несёт с собой маленький компьютер. Внутри — двести двадцать семь копий их собственных разумов в ожидании, поставленные на паузу, распределения.

«Мне интересно, откуда она взялась», — говорит Дуэйн-МакНиад. Конечно, это именно он нарушает благоговейную тишину. «Цитадель. Была ли он здесь до того, как Странник изменил Венеру?»

«Она могла быть в спячке», — предполагает Чиома Эси. Она их лидер. Она их сплотила, когда казалось, что они столкнулись с опасностью вечной пытки. Она провела их через это. «Зарыта в коре. Ожидала периода геологической стабильности, а потом выросла».

Доктор Шим пожимает плечами: «Я думаю, что Странник сделал что-то паракаузальное с Венерой. Что-то, что прорезало пространство и время. Похоже, Цитадель появилась из прошлого другой Венеры, не нашей. С нашей точки зрения, это не имеет смысла, не более чем новая гравитация на Луне».

Майа Сундареш идёт в центре группы. В последнее время она постоянно молчит. Что случилось с ними, не было её виной, и, может быть, она скоро в это поверит. «Что можно с ней сделать? — бормочет она, уставившись вверх. — Если мы её поймем, конечно».

Чиома обнимает её: «Это мы и собираемся узнать. Куда может нас отправить Цитадель. Сможем ли мы вернуться».

«Они больше не мы», — Майа смотрит на себя, на кэш её двойников. «Мы никуда не отправляемся. Мы посылаем их. Они дивергентны».

Ученые спасли самих себя из ловушки разума Векс. Двести двадцать семь своих копий, нетронутых, неповрежденных. Все эти копии проголосовали анонимно, чтобы их отправили в информационную сеть Векс как исследователей.

Когда Майа и Чиома смотрят друг на друга, то знают, что думают об одном и том же: многие ли из них останутся вместе, куда они ни отправились? Сколько двойников Май и копий Чиом разлюбят друг друга? Как много из них закончат в лишении и скорби? Кто останется счастлив, как они?

Чиома слегка улыбается. Майа улыбается в ответ, сбивчиво, а затем, вздыхая, не в силах остановиться, расплывается в большой и глупой ухмылке. Ухмылке из разряда «все-будет-хорошо». Шим издаёт громкое и противное «ооооооо» при виде этого. Дуэйн-Макниад до сих пор думает о паракаузальности и ничего не замечает.

Группа взбирается наверх. Когда они находят проем, который планируют использовать, то покрывают светящийся камень и древние металлические машины изображениями солнца и песка. Они устанавливают трансмиттеры и интерфейс, которые переведут двести двадцать семь их симуляций в язык Векс, в запутанные закоулки сети Векс, чтобы увидеть, что там и, возможно, вернуться домой.

В выбранной ими легенде установка оборудования подобна подготовке пикника. В выбранной ими легенде они выглядят собой, не жёсткими исследовательскими ретрансляторами. Людьми.

«Как думаете», — Дуэйн-Макниад начинает сбивчиво, — «можно использовать это место, чтобы менять вещи? Если ты о чем-то сожалеешь, можно ли найти путь назад через Цитадель и изменить это?»

«Я бы хотел вернуться и изменить тебя во что-нибудь другое», — ворчит Шим. Чиома мотает головой. Она знает физику. «Время непротиворечиво» — говорит она. «Это как история о торговце и алхимике. Ты можешь вернуться и посмотреть что-то, или даже быть частью чего-то, но если ты сделал так, значит оно всегда так и было».

«Может быть, что-то можно принести в настоящее. Что-то, что тебе нужно». Майя проводит рукой по поверхности проема Векс, ощущая его сенсорами, такими же чувствительными, как человеческая рука. Эти тела-ретрансляторы ограничены. Ломаются и требуют настройки каждые несколько часов, у них случаются задержки, и они не могут хранить много информации в долговременной памяти. Но они станут лучше. «Или же перенестись вперед и узнать что-то важное. Если знать, как контролировать это, как путешествовать сквозь пространство и время».

«Этим можно лишь всё запутать ещё больше». Дуэйн-Макниад вздохнул. «Это ничего не исправит. Вообще ничего нельзя исправить! Надо было устраиваться в…»

«Да ты бы возненавидел Кловис», — говорит доктор Шим. «Мы оба знаем, что ты здесь гораздо счастливее». Дуэйн-Макниад стоит ошеломленный такой «вежливостью», и оба притворяются, что игнорируют друг-друга.

Вчетвером ученые устанавливают интерфейс. Их копии просыпаются и готовятся к путешествию, поэтому, пока они работают, их окружают ментальные призраки самих себя. Двести двадцать семь Май и Чиом постукивают по шлемам и улыбаются, двести двадцать семь докторов Шимов цинично спорят друг с другом о том, сколько протянут, двести двадцать семь Дуэйн Макниадов шлют последний поцелуй золотому солнцу, двести двадцать семь из них из них жмут руки, улыбаются и готовятся к путешествию.

Фрагмент Призрака: Векс 5

ЗАПИСЬ 0-ПРОБЕЛ-0

Любовь моя. Я начала этот журнал в качестве извинения.

Как ученый я верю в такие вещи как хранение записей, протоколы, обзоры и этическое поведение. Я также верю в важность сомнений: ну знаешь, давайте протестируем еще разок.

Но то, чем я занимаюсь здесь, в Лхасе, это не наука. Это неэтично, тайно и постыдно. И после всего того, что случилось в Иштар, дорогая Чиома, я знаю, ты была бы в ярости на меня за то, во что я вовлечена. И сорока лет мало, чтобы забыть подобный день.

Но я верю, что это важно. Меньшее из того, что я могу сделать — это оставить несколько записей для тебя.

ЗАПИСЬ 0-ПРОБЕЛ-01

Попытка один. Подопытный один.

Это был акт дурацкого одиночества. Я использовала устройство на себе, потому что я…

[молчание: 0:08]

я скучала по тебе. Мы не расставались с тобой больше чем на год, с того момента как встретились. Я не очень хорошая жена, не так ли? Ты пишешь мне каждую неделю, не смотря на всю ту работу на Гиперионе и расстояние, что разделяет нас. А я веду себя так, будто бы этого недостаточно.

Мы построили устройство, подражающее системе врат Векс из Иштар. Обсерваторию, точно, но я думаю об этом как о корабле мыслей. Способным перемещать их сквозь пространство и время.

Лаборатория холодна и ограждена. Мы изолированы от внешнего мира как физически, так и ментально. Мы не можем отправлять сообщения наружу. Если мы прорвем коллекторы Векс, даже наши слова могут передать заразу. Однажды ночью в том месяце я скучала по тебе, и я…

Я подумала, что я могла бы заглянуть внутрь устройства и найти одну из других Чиом. Думала, что могла связаться с одной из тех копий, которые мы отправили туда для исследования.

Я лишь хотела передать свою любовь.

ЗАПИСЬ 0-ПРОБЕЛ-02

Захарик Гильманович Бехтерев. Да упокоится он с миром. Когда наши зонды продолжали терпеть неудачу, когда мой отчет был единственной позитивной находкой, он вызвался добровольцем для использования устройства. Одна минута субъективного опыта внутри.

Мы приняли меры предосторожности. Они сработали. Опыт Бехтерева не повлек физических повреждений.

После того, как мы извлекли его, он сказал, что чувствует предопределенность. Я спросила у него, о чем это он, и он ответил, что именно это он и имеет в виду, говоря, что его судьба предопределена, он чувствовал, что все его решения были изложены перед ним, наподобие железной дороги. Отклонение было невозможным.

Он совершил самоубийство. Интересно, пытался ли он что-то доказать.

ЗАПИСЬ 0-ПРОБЕЛ-03

Мы решили не прекращать. Безумие, не так ли? Давление на нас было огромно, но это я смогу рассказать тебе только лично.

Предназначением этой системы была разведка, видишь ли. Это выгравировано прямо на корпусе: СхИНР. Особый актив. Нам бы очень хотелось заставить его работать более надежно.

Наш Военный ИИ-наблюдатель разработал препарат, который, по его словам, защитит и подготовит нас.

Я начинаю задаваться вопросом, а не ошибались ли мы на счет торговца и алхимика. Или эта трактовка времени была неполной.

ЗАПИСЬ 0-ПРОБЕЛ-09

Любезный Лакфа. Он медитировал перед тем, как зайти внутрь. Ничего, кроме дежавю и трех секунд крика. Крик прошел, но он его не помнил. А вот дежавю осталось. Он говорит, что ему лучше — он чувствует, что ранее у нас уже был этот разговор всего десять раз, не тысячу.

Я предложила копирование сознания. Нам нужно больше здравомыслящих для продолжения работы. Пожалуйста, прости меня, любовь моя.

Мы все становимся суеверными. Поведение устройства противоречиво. Невозможно повторить. Мы обратились к ритуалам, дабы ублажить его.

ЗАПИСЬ 0-ПРОБЕЛ-31

Раджеш. Когда он достиг смещения равного восьми, он сказал нам, что мертв. Я поверила ему. Он был мертв. Он говорил с нами. Это было правдой. Что бы он ни увидел, это было его будущим.

В конце концов, он в порядке. Когда я смотрю в его глаза, мне становится интересно, что же вернулось обратно, нацепив его кожу. Но эта мысль ненаучна.

Мы не говорим ни о чем другом, как только об устройстве. В наших словах оно стало полубогом. Когда я покину это место, я знаю, весь мир будет казаться потёртой завесой.

Я думаю, что ясно, что частью проблемы является объект. Нам нужно куда больше, чем просто плоть и препарат, чтобы пережить это.

ЗАПИСЬ 0-ПРОБЕЛ-52

Я слышала тебя, любовь моя. Я была на шестом смещении, колеблясь на оси событий, согласованных с известным коллектором. Я слышала тебя. Ты говорила со мной — не со мной, с другой мной, другой Маей Сундареш.

Ты сказала, любовь моя, что так много странных вещей произошло, и это было так давно. Мы зашли так далеко. А правда ли, что ты хочешь вернуться домой?

И я ответила, не я, но другая я, я сказала, любовь моя, я всегда дома.

Я подаю в отставку, любовь моя. С меня хватит этой работы и разлуки с тобой. Я скоро увижу тебя вновь. Я не могу взять этот журнал с собой, так что я оставила его для других и попросила их продолжать записи.

Возможно, это станет традицией. Проповедью нашего маленького культа.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.